Однажды Достопочтенный Упавана и Достопочтенный Сарипутта пребывали в Косамби в Парке Гхоситы. И тогда, вечером, Достопочтенный Сарипутта вышел из затворничества и отправился к Достопочтенному Упаване. Он обменялся с Достопочтенным Упаваной вежливыми приветствиями, и после обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал ему:

«Друг Упавана, может ли монах знать это сам [напрямую]: «Благодаря мудрому вниманию семь факторов просветления были доведены мной до полного совершенства таким образом, что они ведут к приятному пребыванию»?

«Монах может так знать это сам, друг Сарипутта. Задействовав осознанность как фактор просветления, друг, монах понимает: «Мой ум хорошо освобождён. Я искоренил лень и апатию и тщательно устранил неугомонность и сожаление. Я зародил усердие. Я созерцаю так, как если бы это было делом жизни и смерти, а не апатично». Задействовав исследование феноменов… усердие… восторг… безмятежность… сосредоточение… невозмутимость как фактор просветления, он понимает: «Мой ум хорошо освобождён. Я искоренил лень и апатию и тщательно устранил неугомонность и сожаление. Я зародил усердие. Я созерцаю так, как если бы это было делом жизни и смерти, а не апатично».

Вот так, друг, может этот монах знать это сам: «Благодаря мудрому вниманию семь факторов просветления были доведены мной до полного совершенства таким образом, что они ведут к приятному пребыванию».