В Саваттхи. И тогда Достопочтенный Мигаджала подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:

«Учитель, «проживающий в одиночестве, проживающий в одиночестве»—так говорят. В каком случае, Учитель, кто-либо является проживающим в одиночестве и в каком случае кто-либо сожительствует?»

«Мигаджала, существуют формы, познаваемые глазом—милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. Когда есть наслаждение, то есть и одержимость. Когда есть одержимость, то есть и зависимость. Cвязанный путами наслаждения, Мигаджала, монах называется «тем, кто сожительствует».

Мигаджала, существуют звуки…

Мигаджала, существуют запахи…

Мигаджала, существуют вкусы…

Мигаджала, существуют тактильные ощущения…

Мигаджала, существуют ментальные феномены, познаваемые умом—милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их, то возникает наслаждение. Когда есть наслаждение, то есть и одержимость. Когда есть одержимость, то есть и зависимость. Cвязанный путами наслаждения, Мигаджала, монах называется «тем, кто сожительствует».

Мигаджала, даже если монах, который живёт таким образом, уединяется в леса и рощи, в уединённые жилища, где мало звуков и шума, которые изолированы, спрятаны от людей и подходят для затворничества—он всё равно называется «тем, кто сожительствует». И почему? Потому что жажда—его сожитель, и он не оставил её. Поэтому он называется «тем, кто сожительствует».

Мигаджала, существуют формы, познаваемые глазом—милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает. Когда нет наслаждения, то нет одержимости. Когда нет одержимости, то нет зависимости. Сбросив путы наслаждения, Мигаджала, монах называется «проживающим в одиночестве».

Мигаджала, существуют звуки… запахи… вкусы… тактильные ощущения… ментальные феномены—милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные. Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает. Когда нет наслаждения, то нет одержимости. Когда нет одержимости, то нет зависимости. Сбросив путы наслаждения, Мигаджала, монах называется «проживающим в одиночестве».

Мигаджала, даже если монах, который живёт таким образом, проживает вблизи деревни, общаясь с монахами и монахинями, мирянами и мирянками, с царями и царскими министрами, с учителями других учений и их учениками—он всё равно называется «проживающим в одиночестве». И почему? Потому что жажда—его сожитель, и он отбросил её. Поэтому он называется «проживающим в одиночестве».